У "РИСКА" - ПРЕМЬЕРА

Каждого, кто пришел в тот день в театр-студию "РИСК", ожидали сюрпризы. Организаторы премьеры предложили зрителям занять места на... сцене, где станки для хора были превращены в своеобразный амфитеатр. Зрители располагались на них, как на склонах гор, окружавших маленькую долину. Действие же спектакля переносилось в зрительный зал, перегороженный огромным экраном на две части. В качестве декораций использовали слайды. А звуко-, свето- и слайдооператорам, находящимся за экраном, пришлось работать по командам режиссера, поступающим непосредственно из зала.

Не случайно студийцы отнеслись к своей новой работе столь нетрадиционно. Пьеса молодого драматурга Олега Перекалина "Заложники вечности", по которой поставлен спектакль "Обреченные" - фантастическая. В ней - рассказ о завтрашнем дне человечества, дне, которого быть не должно.

... В высоких горах страны всеобщего изобилия проживает маленький народ Даго, достигший высочайшего уровня материального и технического развития. Действуют здесь свои законы. Крайне суровые, даже жестокие. Так в клинике, которой руководит госпожа Кримстон (эту роль блистательно исполнила Татьяна Чуева) уничтожают родившихся с дефектами младенцев. Выясняется, что жители страны обречены на вымирание, если не будет погашен несущий смерть ядерный реактор, если не покинет народ смертоносную Солнечную долину. Однако Верховный и его приближенные тщательно скрывают существующую опасность даже от самых близких.

В пьесе силы зла куда более сильны и всевластны, чем силы добра. И все же, несмотря на то, что почти все положительные герои этой истории гибнут, у пьесы - светлый финал. Бунтует против власти Верховного Цезарий (Михаил Штейнбук), юный художник, сын самой госпожи Кримстон. В часовой мастерской старого дядюшки Грегори (Алексей Осетров) неожиданно пошли старые часы и среди них - те, уникальные, которые без завода и остановки могут идти сто лет и еще один день.

Но самое удивительное: на сцене вдруг раздается звонкий, родной до слез, бой Кремлевских курантов. Он возвращает нас в реальность. Нет, время не остановилось, оно идет. Этот момент - удачная режиссерская находка. Создатели спектакля как бы хотели подчеркнуть: именно потому, что не остановилось время, есть у нас не только прошлое, но и настоящее, и не перевелись еще на земле люди неравнодушные, умеющие бороться, отстаивать право на жизнь.

Людмила Алтунина,
Газета "Молодой коммунар"
No 39, 31 марта 1987г.


ВЗГЛЯД  ПОСЛЕ  ПРЕМЬЕРЫ

Об экспериментальных молодежных театрах и театрах-студиях, проблемах их становления сейчас много говорят и пишут наши молодежные издания, радио, телевидение. И это закономерно. Молодежное сценическое творчество в стране сегодня находится на подъеме. А тульским зрителям, чтобы попасть в экспериментальный театр-студию "РИСК", достаточно подняться на второй этаж шестого корпуса политеха и переступить порог гостеприимного зрительного зала. Еженедельно, по четвергам, молодые актеры дают здесь спектакли, отмеченные нетрадиционными режиссерскими и постановочными решениями, стремлением разобраться в непростых противоречиях современного мира, вечных человеческих ценностях. На то театр и экспериментальный, тем и интересен он своему зрителю.

Входя в полутемный зал театра-студии "РИСК", вы неизбежно пересекаете небольшую сценическую площадку, где скоро развернется сценическое действие. И неизбежно сталкиваетесь с единственно освещенной фигурой-муляжем, неподвижно застывшей в кресле. Действие, а мы его участники, уже началось. И это столкновение с угрюмо-неподвижной властью (Диктатором?) не только в символике, но и по сути происходящего есть "величина" постоянная в развитии содержания спектакля. Впрочем, может мы все упрощаем? Но игра актеров приглашает к соразмышлению, познанию, которые не могут не быть абстрагированием, высвечиванием, сосредоточением на узловых, важнейших проблемах современности. Нет необходимости останавливаться на сюжете. Он - игра Театра, у которого свои законы постижения мира и человека. В игре актеров подкупают искренность, увлеченность, интересные находки. Коллектив студии - настоящая лаборатория единомышленников.

Можно спорить (сюжет же фантастический) о мере и границах гиперболизации, о том, что хотел сказать постановщик. Немало копий сломано уже вокруг сценической концепции Б.Брехта, театра-абсурда С.Беккета, фильмов А.Тарковского, но многое воспринимается по-иному после трагедии Чернобыля, землетрясения в Мехико, где умирали люби и фрески. Современный человек уже не может позволить себе не думать о мире в целом. И не только думать, но и действовать. Пресыщенность и застой обрекают.

Стало хрестоматийным выводить многие сегодняшние беды из сытости и комфорта. Но подумаем, глядя на сцену, сколь велики духовные и нравственные проблемы, которые предстоит решать молодым. Сегодня на сцене, завтра - в жизни. По авторской ремарке время остановилось, но для нас оно отсчитывается боем кремлевских курантов. В этом надежда и сила, несмотря на то, что обреченные обречены. Трагедийность сюжета решается режиссером Геннадием Крестьянкиным оптимистически. В перекрестном свете софитов, в музыкальном коллаже и смене слайдов от фантасмагорических фигур в великолепно исполненном брейке до натурализма надоедливых москитов предстает судьба людей: ярко вспыхнувшая и постепенно гаснущая жизнь. Задумаемся, как она хрупка, ранима и единственна.

Евгений Чугунов,
Газета "За инженерные кадры"
No 16, 17 апреля 1987г.


[Вернуться к спектаклю]   [На страницу репертуара]